Я чувствовала, как вода расступается перед каждым моим шагом, обволакивая тело скользящими, едва заметными волнами; пальцы ног впивались в мягкое песочное дно, на минуту замирая в его пучине. Я шла медленно, боясь споткнуться – только этого мне сейчас не хватало – этой ночью я не должна совершать ошибок, чтобы Эдвард не смог отречься от своего обещания. Он был спокоен, хотя я знала, что внутри Эдвард переживает не меньше моего. Его тело скользнуло дальше, в сумеречном свете оно отливало перламутровой голубизной. В тот момент я уже не могла ни о чем думать – меня опьяняло его красивые рельефные изгибы. Эдвард грациозно устремился вперед, притягивая меня за собой – я чувствовал себя на буксире моторной лодки – его движения были ловкими и в тоже время плавными. Внезапно случилось то, чего боялась – споткнувшись о булыжник на дне, я одним быстрым рывком погрузилась целиком под колышущиеся на ветру волны. «Буль-буль-буль!» — Все, что удалось мне расслышать, глаза же стало выедать морской водой и мне пришлось их закрыть, несмотря на дикое и в тоже время примитивное желание – взглянуть на Эдварда под водой. Спустя минуту сильные и холодные руки обхватили меня за талию и потащили вверх, сопротивляясь движению воду. Вот показалась его грудь, затем шея и наконец, лицо – я вынырнула, словно поплавок и сразу оценила дразнящую улыбку Эдварда. Он явно сдавливал хихиканье. Белла, — с улыбкой на лице прошептал он, — только не говори, что ты и плавать не умеешь. В ответ я что-то буркнула себе под нос, заливаясь румянцем. В таком случае, наше плаванье подошло к концу…. Пора выполнять свои обещания, — на этих словах Эдвард ловко усадил меня к себе на талию и словно ветер за несколько секунд перенес нас обоих в спальню. Я замерла в его объятьях – в комнате было душно и только его холодное каменное тело спасало от жары. Несколько минут мы просто стояли, обнявшись, затем Эдвард с осторожностью в голосе заговорил. Белла, если я сделаю что-то не так, ты должна обязательно мне об этом сказать, — начал он. Я чувствовала, что он до сих пор сомневается, правильно ли мы поступаем. — Я знаю, больше чем ты думаешь о женской физиологии, но это не мешает мне причинить тебе боль. Его глаза стали грустны и мне стало не по себе – ведь именно я являюсь зачинщиком этого безобразия. Но будь я хоть немного не уверенной в том, что Эдвард всем своим существом страстно любит меня, жертвуя собой, я бы отступила. Я бы сделал шаг назад – но сегодня я жаждала продолжения. — Хорошо, — едва слышно ответила я. Хорошо, — тихо проговорил он, — мне так спокойней. Его рука скользнула по моим волоса и тыльной стороной ладони Эдвард погладил мое лицо. Белла, — прошептал он, — теперь закрой глаза, я хочу, чтобы ты чувствовала мои прикосновения. Мое тело охватила мелкая дрожь, пульс участился, и кровь бешено понеслась по венам. Эдвард не мог этого не заметить, но он уверенно продолжал свои движения. Его тело напряглось – мышцы на груди заиграли, а где-то чуть ниже живота я ощутила еще более отвердевшую плоть. Его тонкие красивые пальцы скользнули вдоль щеки и задержались на моих губах, слегка приоткрывая рот. В ответ я что-то нечленораздельно шепнула. Тшш…Белла. -доверься мне. Я кивнула, ощущая нарастающую волну жара в животе. Эдвард, едва коснувшись, поцеловал меня в губы, затем стал играть с ними более уверенно с всепоглощающей страстью. Я старалась достойно отвечать на его ласки и запустила свои руки в его волосы, сильно, насколько это было возможно, притянув к себе. Но от моих манипуляций Эдвард даже не сдвинулся с места ни на миллиметр, но сразу осознав мои тщетные попытки, сам прижал меня к своему телу. Наши поцелуи были беспорядочными, нескромными, пылающими. Его легкие, нежные прикосновения я уже ощущала на своей шее, плечах, груди, ребрах, талии – Эдвард искусно изучал мое тело. Еще секунду и обхватив меня одной рукой – мой вампир осторожно уложил меня на кровать. Кажется, в тот момент я забыла, как дышать. Холодное, мраморно-белое тело накрыло меня сверху – я уже не отдавала отчет своим мыслям и, казалось, мозг полностью отключился. Эдвард продолжал жадно целовать меня, в то время как его правая рука ласкала мою грудь, а левая едва заметно погладила внутреннюю сторону бедра. Этого было достаточно, чтобы мое тело неистово затряслось – я невольно стала изгибаться под его широкими плечами, слегка постанывая. Тебе холодно, ты вся дрожишь, — прошептало мое божество, немного отстраняясь. Беспокойство было явно наигранным – я взглянула в его глаза и сквозь мрак разглядела в них дерзкий огонек. Мне не холодно, — твердо проговорила я, желая прогнать свое смущение, — продолжай. Сама напросилась, — прорычал Эдвард и буквально вцепился в меня губами, почти кусая. Эту ночь я прокручивала в голове миллионы раз, погружаясь в совсем непристойные фантазии – но то, как делал это Эдвард, было в сто раз лучше и как ни странно красивее. Казалось, прелюдия никогда не закончится – но как только я об этом подумала, Эдвард решил положить ей конец – плавно, но с достаточной силой он стал медленно погружаться в мое тело – я вцепилась когтями в его спину и боялась даже сделать выдох, чтобы ненароком не спугнуть его. Но тщетно, едва он проникнул в меня, я ощутила резкий болевой толчок, и из моих уст сдавленно вырвалось «ах». Как я и ожидала, Эдвард резко отпрянул и пронзительным взглядом просверлил мне переносицу. Белла? — серьезным тоном отозвался его бархатный голос. Все хорошо, Эдвард, продолжай, — я не могла долго смотреть в его глаза – в них отражалось отчаянье и боль, намного сильнее того, что сейчас испытала я. Просто не забудь сказать мне «стоп». — сквозь неровное дыхание проговорил Эдвард. Да, — шепнула я и поцеловала его твердые, холодные губы. Дальше его движения стали более интенсивными и быстрыми – я слышала, как ножки кровати стираются в пыль, а предметы на стоящем неподалеку столике, стуча, брякались на пол. Вся комната, а то и дом ходили ходуном. Мне было наплевать – в тот момент, когда он был здесь, рядом, во мне – когда я полностью отдалась ему – я была счастлива — действительно, по-настоящему. Мне хотелось, чтобы мой вампир не останавливался никогда, чтоб сильнее прижимал меня к себе. И чем крепче впивались его пальцы в мою кожу, чем интенсивнее были его движения, тем большее удовольствие приносила мне физическая близость с этим зверем. Похоже, что время в те минуты остановилось – были только я, Эдвард и разлетающаяся в куски кровать. Эдвард с каждым разом ускорял скорость – он напоминал машину с вечным двигателем и нежным, но твердым моторчиком. Я гладила его плечи, спину и каменные филейные части тела. Он был божественен! В какой-то момент, я почувствовала, что ему стало очень трудно бороться с собой. Скорей всего причина была в моем кровоточащем теле. Эдвард натужно кусал свои губы, а на лице замаячила плохо скрываемая боль. Его лицо устремилось и двинулось куда-то вперед, теперь я лишь могла видеть его четко-очерченный мужской подбородок. Через секунду я услышала сдавленное рычание и тысячи маленьких пушинок, словно снег залетали по комнате. Может, это были искры от соития в нашу первую брачную ночь? Все равно… Мы наслаждались друг другом до самого утра, в ту ночь я поняла, что такое физическое удовольствие — но оно не сравнится с тем наслаждением, которое доставила мне мысль о том, что теперь Эдвард полностью и безостановочно принадлежит мне. Как и я ему. Когда мой зверь наконец остановился и прерывисто дыша, заглянул мне в глаза – я уже не чувствовала свое тело. Твердая холодная рука заскользила по моему лбу, а губы кротко поцеловали мой рот – эти прикосновения повели меня в самый приятный, легкий и непринужденный сон.
